Спасибо деду за победу: из-за Трампа демократы получили хорошие шансы на большинство в обеих палатах Конгресса 

Республиканцы в осаде

По последним данным агрегатора соцопросов RealClearPolitics, усредненный рейтинг кандидатов-демократов на выборах в Конгресс составляет более 51% против менее чем 43% у республиканцев. Демократы лидируют во всех основных опросах, хотя разрыв между двумя партиями может отличаться по разным показателям.

Особенно активная борьба идет вокруг мест в Сенате. Демократам нужно бороться за то, чтобы удержать уже имеющиеся кресла в таких штатах, как Мичиган, Джорджия и Нью-Гэмпшир. Но у их соперников дела заметно хуже: республиканцы бьются за округа, где их победа считалась гарантированной. 

В Техасе, где демократы не побеждали на выборах на уровне штата более 30 лет, демократ Джеймс Таларико опережает с небольшим отрывом в опросах республиканца Кена Пакстона. За Таларико, например, публично призвал голосовать брат экс-президента США от Республиканской партии Джорджа Буша-младшего.

Неожиданно острая борьба завязалась на Аляске и даже в Канзасе, который не избирал сенатора-демократа уже 94 года.

Доверие к правящей партии подрывают три взаимосвязанные проблемы: инфляция, цены на топливо и война в Иране. Кроме того, примерно половина избирателей озабочена неэффективностью власти и здравоохранением, где цены растут со значительным опережением инфляции.

Вдобавок коррупция стала важнейшей темой, волнующей избирателей. По данным недавнего опроса Fox News, ей «крайне озабочены» 60% респондентов. 

Все эти проблемы в конечном счете сходятся на Дональде Трампе, который начал войну с Ираном, приведшую к повышению цен на топливо. По оценкам Forbes, глава Белого дома обогатился по меньшей мере на $2,7 млрд со времени победы на выборах. Неудивительно, что средневзвешенный рейтинг популярности Трампа скатился до рекордно низких 36%. Больше 60% американцев не одобряют его деятельность.

Сейчас масштаб потенциальных приобретений демократов неясен. За результатами выборов в Сенат стоит следить прежде всего в таких штатах, как Мэн, Северная Каролина и Огайо, где они рассчитывают отобрать места у республиканцев. Если же они одержат верх в Техасе, на Аляске или в Канзасе, это будет свидетельствовать об их решительной победе, насколько это вообще сейчас возможно. Если же демократы потерпят поражение в Мичигане или Нью-Гэмпшире, их шансы на контроль над Сенатом пойдут резко вниз.

Избирательная география против демократов

Недовольство президентом еще не равнозначно готовности избирателей голосовать за демократов. Преимущество в опросах не превращается в депутатские мандаты напрямую, тем более, что карта нынешних выборов благоволит республиканцам. 

Сейчас в Сенате 53 места из 100 у республиканцев и 47 у демократов. В этом году выборы проходят в 35 штатах, поскольку каждые два года избирается лишь треть сенаторов на шестилетний срок. 

Демократам нужно отобрать у республиканцев минимум четыре места. Расклад 50–50 оставит большинство за правящей партией, поскольку вице-президент Джей Ди Вэнс может голосовать за республиканцев в качестве председателя Сената. Иными словами, даже значительное преимущество демократов в масштабах страны может оказаться недостаточным для контроля над верхней палатой.

Республиканцы сейчас наиболее уязвимы в штатах Мэн, Северная Каролина и Огайо. В зоне риска даже такие бастионы, как Техас, Аляска и Канзас. И это при том, что во всех этих штатах, кроме Мэна, Трамп победил на выборах в 2024 году.

Республиканцы сейчас наиболее уязвимы в штатах Мэн, Северная Каролина и Огайо; в зоне риска даже такие бастионы, как Техас, Аляска и Канзас

В Палате представителей, в отличие от верхней палаты — Сената, — избираются все 435 депутатов. Здесь против республиканцев могут сыграть их собственные попытки нарастить преимущество. 

Последние два года в целом ряде штатов, где президентская партия находится у власти, она провела «творческую» нарезку округов — так называемый джерримендеринг. Его суть в том, чтобы так изменить границы избирательных округов, чтобы сконцентрировать сторонников оппозиции в минимальном их количестве, а в остальных «размазать» их так, чтобы они оказались в относительном меньшинстве.

По разным оценкам, за счет этой тактики республиканцы рассчитывали выиграть дополнительные 15–16 мест. Демократы ответили такой же нарезкой в контролируемых ими штатах и рассчитывают на гарантированные дополнительные шесть мест за счет размывания доли республиканцев.

Однако у джерримендеринга есть слабое место: он рассчитан на определенное соотношение избирателей двух главных американских партий. Если за демократов проголосует большинство колеблющихся и часть традиционных сторонников республиканцев, то преимущество партии Трампа во вновь созданных округах может исчезнуть. 

Например, в Техасе республиканцы намеревались получить пять дополнительных мест, но три из них уже под угрозой из-за роста популярности демократов. Хороший пример — 35-й округ Техаса в Сан-Антонио. Там избиратели поддержали Трампа в 2024 году с отрывом примерно в 10 процентных пунктов. Но демократ Джонни Гарсия составил неожиданно сильную конкуренцию в этом округе республиканцу Карлосу Де Ла Крузу.

При этом для победы демократам важна явка избирателей. Согласно недавнему опросу Pew Research Center, среди тех, кто намерен проголосовать, 59% поддерживают демократов и лишь 35% — кандидатов-республиканцев, но насколько сохранится такое преимущество, пока неясно.

Трамп как токсичный актив

Но главная проблема республиканцев — их собственный непопулярный президент. Кандидаты от партии, хотя и клянутся в верности Трампу, на деле стараются от него отмежеваться. По данным Reuters, в 41 из 62 конкурирующих округов кандидаты-республиканцы расходятся с президентом по важным вопросам. 

Республиканцы даже стараются лишний раз не упоминать Трампа. The New York Times подсчитала, что на предвыборную рекламу с упоминанием президента они тратят менее 1% своего рекламного бюджета. У демократов этот показатель достигает 20%. По данным AP, демократы упомянули Трампа в своей рекламе больше 180 тысяч раз, пытаясь «повесить» его политику на своих оппонентов.  Демократы видят свой шанс на успех в том, чтобы провести эти выборы в формате референдума о доверии Трампу, а не как серию отдельных схваток самостоятельных кандидатов от двух партий.

Республиканцы стараются лишний раз не упоминать Трампа — они тратят на связанную с ним рекламу менее 1% своего рекламного бюджета

Где у республиканцев явное преимущество, так это в финансировании. По подсчетам Financial Times, в этом выборном цикле они потратили около $1,3 млрд против $800 млн у демократов. У Национального комитета республиканцев на кампанию остается еще больше $680 млн против $480 млн у демократов.

Сверхбогатые бизнесмены играют значительную роль в сборе средств. Самый богатый человек в мире — Илон Маск — вложил в кампанию республиканцев почти полмиллиарда долларов. Он был ведущим донором Трампа в 2024 году, участвовал в зачистке федеральных учреждений, затем ссорился и вновь мирился с президентом. Критики Маска говорят, что победа республиканцев нужна ему, чтобы сохранить и приумножить госконтракты для своих компаний, прежде всего SpaceX.

У демократов немало своих богатых доноров, но самые щедрые из них — Джордж Сорос и Майкл Блумберг — потратили на двоих менее половины от суммы, вложенной в республиканцев Маском. Это заметно и по отдельным примерам. В Техасе, который из твердо консервативного превратился в колеблющийся, республиканцы потратили почти $240 млн на избрание Кена Пакстона, что в пять с лишним раз больше, чем демократы вложили в поддержку Джеймса Таларико.

Демократы против демократов

Несмотря на благосклонность общественного мнения, у демократов есть серьезная проблема — они разобщены. У партии нет единого признанного лидера, он появится только после президентских праймериз в 2028 году. 

Руководство демократов в Конгрессе за последние полтора года не нашло эффективных способов противостоять политике Трампа. Кроме того, обе крупнейшие партии, по сути, — зонтичные бренды, под которыми процветают очень разные идеологии.

Республиканцы объединяют множество течений: от либертарианства до ультраправых. 

Демократы тоже разделены по идеологическому признаку. Умеренные ищут пути реформирования нынешней системы, особенно экономической политики и здравоохранения. Набирающее силу движение демократических социалистов призывает к более радикальным изменениям в экономике и обществе. Традиционные демократы выступают за регулирование экономики и налоги для богатых, тогда как их левые коллеги требуют деприватизации целых отраслей экономики и перераспределения средств среди населения. «Обычные» демократы хотят расширения нынешней системы здравоохранения, оставляющей многих людей за бортом, тогда как демократические социалисты требуют введения всеобщего медицинского страхования. 

Истеблишмент партии поддерживает НАТО, военные альянсы и помощь Израилю, тогда как левое крыло требует сократить участие Америки в международных делах и прекратить военную помощь правительству Нетаньяху.

Характерный пример — два кандидата на сенатских выборах: Джеймс Таларико в Техасе и Абдул Эль-Сайед в Мичигане. Их мнения расходятся по таким важным вопросам, как иммиграция, экономическая политика, субсидии в сфере энергетики, поддержка Израиля. Представить кандидата-мусульманина, такого как Эль-Сайед, в Техасе сложно — Таларико подчеркивает свою христианскую веру, что в целом демократам не свойственно.

И хотя радикальные идеи популярны у многих избирателей, пока что результаты социалистов не слишком впечатляют. Их кандидаты выиграли праймериз лишь в 7 из 25 округов, в которых были представлены.

Что на кону

Если предположить, что демократы перехватят контроль в Палате представителей, они обещают начать расследования предполагаемой коррупции Трампа и его окружения, запустить процесс импичмента против ряда высших чиновников. Прежде всего — непопулярного министра обороны Пита Хегсета.

Насчет самого Трампа мнения расходятся. Против него уже было две попытки импичмента со стороны Палаты представителей на его первом президентском сроке, но он был оправдан республиканским большинством в Сенате.

Даже если на этот раз у демократов будет большинство и в верхней палате, они вряд ли наберут необходимые две трети голосов, чтобы отстранить Трампа. Кроме того, самой оппозиции угрожает раскол: отдельные группы могут устроить бунт на корабле, обусловив поддержку партийного руководства учетом своих требований. Это может привести к тому, что демократам будет сложно выступать единым фронтом против Трампа, даже находясь в большинстве.

Демократам будет сложно выступать единым фронтом против Трампа, даже находясь в большинстве

В целом, если оппозиция выиграет бой за Сенат, то она получит возможность блокировать бюджетные инициативы и назначения в администрации. И хотя об импичменте речи не идет, это всё же серьезно ограничит Трампа, который пока принимает многие решения, не слишком советуясь даже с собственной партией.