Фейк кремлевских СМИ и Захаровой: врачам в Украине разрешили не лечить русскоговорящих пациентов 

РИА «Новости» (1, 2), Gazeta.press, Пятый канал и другие кремлевские СМИ распространили новость, что врачи в Украине отказываются лечить русскоговорящих пациентов, а уполномоченная по защите государственного языка в Украине Елена Ивановская «разрешила» это делать. Так, РИА пишет:

«Отказ врачей на Украине оказывать медицинскую помощь русскоязычным пациентам выглядит как расизм в чистом виде, это преступление, заявил первый зампредседателя комитета Госдумы по международным отношениям Андрей Климов.

Ранее языковой омбудсмен Украины Елена Ивановская заявила, что некоторые врачи на Украине не готовы принимать русскоязычных пациентов и имеют на это законное право».

Новость чрезвычайно взбудоражила и представителя МИД РФ Марию Захарову:

«Высказывание языкового омбудсмена Украины о том, что врачи имеют право не лечить русскоязычных пациентов, и есть нацизм, заявила РИА Новости официальный представитель МИД России Мария Захарова.

„Это и есть нацизм. Они сформулировали это откровеннее доктора Менгеле: хочешь физически выжить — уничтожь свою национальность“, — сказала она. Захарова добавила, что раньше это делали фашисты, убивая людей, теперь предлагается гибридный вариант: физическое уничтожение киевским режимом с самоуничтожением сознания».

На следующий день Мария Захарова посвятила этой теме отдельный пост в своем Telegram-канале:

Речь идет об интервью Елены Ивановской «Українському радіо» 22 октября 2026 года, которое проводилось в преддверии Дня украинской письменности и языка («День української писемності та мови») (27 октября). В этот день в Украине традиционно проводится Всеукраинский радиодиктант национальной единства, и Ивановская как Уполномоченная по защите государственного языка, активно участвовала в информационной кампании, призывая людей писать диктант.

Помимо этого, омбудсмен обсудила предстоящие изменения законодательства в отношении украинского языка. В частности, законопроект №15412 — зачем он понадобился и какие сферы будет регулировать, а также насколько законно, к примеру, преподавать в школах иностранные языки на русском языке, если об этом просят родители. Именно в этом контексте Ивановская и привела в пример кейс с медиками. Вот фрагмент этой беседы:

Ведущая: 

— Успеваю еще один вопрос от нашего постоянного слушателя, Романа. Он сейчас ищет работу преподавателя немецкого языка, и что он мне написал: «Во многих школах спрашивают, готов ли я работать на русском или подавать заявки на русском”. И я спрашиваю: “Это украинские школы? В Украине?» Он говорит: «Да, в Харькове. И пересылает мне скриншоты из этих школ, которые предлагают преподавать на русском языке немецкий язык. Как действовать в таких случаях? Насколько это вообще допустимо?»

Ивановская: 

— Если по договоренности сторон. Если вся группа желает этого, то он может это делать по действующему закону.

Ведущая: 

— Ну, может, он не хочет?

Ивановская: 

— Да. Ко мне многие обращаются. Например, из медиков, которые говорят, что не готовы оказывать услуги русскоязычному пациенту. Ну, я говорю, это уже вопрос морали. Но опять же,  очень хотелось бы повторить этот момент, третью часть 30-й статьи, согласно которой, поставщик услуги только в случае своего желания может предоставлять услугу на другом языке, поскольку гражданин Украины не обязан знать какой-либо другой язык, кроме государственного.

Как мы видим, Ивановская заговорила о медиках в ответ на ситуацию с преподавателем немецкого, которому, исходя из его личных убеждений, не хотелось бы вести уроки на русском языке. И в ее реплике нет ни «разрешения», ни «одобрения» позиции отдельных медработников не оказывать помощь русскоязычным пациентам; она прямо подчеркнула, что это скорее «вопрос морали» или врачебной этики.

Согласно закону «Об обеспечении функционирования украинского языка как государственного», украинский язык является единственным государственным и официальным языком на территории Украины, то есть обязательным для использования органами центральной и местной власти, а также «в других публичных сферах общественной жизни» (не в частном общении), в том числе, в сферах здравоохранения и обслуживания. Ивановская же ссылается на пункт 3 статьи 30, где прямо говорится, что при общении с клиентами «обслуживание может осуществляться также на другом языке, приемлемом для сторон». Иными словами, врач не обязан говорить на другом языке, но если он его знает и обе стороны не против перейти с украинского на русский, то это никем не запрещено.

Другое дело, что врач может не знать русского языка или не иметь желания на него переходить. Однако же, согласно закону № 2801-XII («Основы законодательства Украины об охране здоровья»), медработник не может не оказать помощь пациенту в случае критической ситуации; никакие языковые нормы это отменить не могут. В законе прямо говорится: «Медицинские работники обязаны безотлагательно оказывать необходимую медицинскую помощь в случае возникновения неотложного состояния человека» (статья 37), а статья 34 предусматривает обязанность лечащего врача своевременно и квалифицированно обследовать и лечить пациента. Право отказаться от дальнейшего ведения пациента допускается лишь при определенных условиях, в частности, если пациент не выполняет назначения врача и это не угрожает его жизни или здоровью населения.

Даже если какие-то врачи не хотят обслуживать русскоязычных пациентов или не готовы это делать, едва ли найдутся такие, которые будут готовы пойти против закона и врачебных принципов. И когда Ивановская говорит о вопросах морали, фактически она напоминает о клятве Гиппократа, которую когда-то давали все врачи и которую не должны отменять никакие их личные чувства. 

Фактически случаев отказа в лечении русскоязычных пациентов зафиксировано не было. Единственным кейсом подобного рода, попавшим в поле зрения прессы, был конфликт в медицинском центре NOVO во Львове весной 2026 года, где бьюти-блогер Алексей Мироненко оскорбил сотрудницу регистратуры после того как та сообщила, что не понимает по-русски, и попросила перейти на украинский язык. При этом конфликт возник во время записи на прием по телефону, а не при оказании необходимой медицинской помощи в самом центре.

Что же касается ремарки Марии Захаровой по поводу того, что президент Украины Владимир Зеленский «говорит и даже ругается по-русски», что он продемонстрировал «на полях» Генассамблеи ООН в Нью-Йорке, то этот инцидент произошел в кулуарах саммита, в неформальной обстановке. Когда Зеленский в сопровождении своей команды проходил мимо представителей СМИ, корреспондент ВГТРК Валентин Богданов несколько раз выкрикнул ему на русском: «Владимир Александрович, когда в Москву?». Зеленский сначала игнорировал его, но после настойчивых повторений вопроса ответил в сторону: «На ракете, б***ь». На каком языке у него спросили, на таком он и ответил; едва ли в этом есть что-то удивительное.