«Когда у боевых действий статус войны, компенсации назначаются по особым критериям. Но армия все равно подчиняется правительству» — эксперт 

Совещание в офисе министра обороны Израиля Йоава Галанта, 8 октября 2023. Фото: Минобороны Израиля

Израиль находится в состоянии войны: сначала об этом заявил премьер-министр Биньямин Нетаньяху в обращении к нации, затем правительство официально подтвердило этот статус, введя в действие так называемый параграф 40-Алеф (40א). Такое решение принято впервые с войны Судного дня, начавшейся ровно 50 лет назад, 6 октября 1973 года.

Как рассказал в беседе с DisInform Watch израильский военный эксперт Давид Шарп, в действительности ничего из ряда вон выходящего в принятом решении нет.

«Слегка утрируя, правительство фактически уполномочивает само себя принимать важные решения в военной сфере, которые с большой долей вероятности приведут к войне. Вот это основное и главное. По сути, кабинет юридически актуализировал свои полномочия. Есть и другие аспекты. Например, когда у боевых действий статус войны, а не какой-нибудь операции, то все пострадавшие получают компенсацию по иным критериям, четким и понятным.

Что касается полномочий армии, она все равно подотчетна правительству через министра обороны и ‘узкому кабинету’ по вопросам безопасности, который в большей степени решает вопросы, касающиеся безопасности и обороны. Армия не решает сама, что ей делать, задачи ей ставятся политическим руководством. Если будет поставлена задача свержения власти ХАМАСа путем проведения полномасштабной сухопутной операции, то эта задача ставится правительством. Ну а уж как ее реализовывать оптимально, это дело армии, и в этом нет ничего особенно нового.

Начальник Генштаба — главная фигура в руководстве действиями армии. Однако есть и всякого рода неписаные правила. Естественно, министр обороны в той или иной степени влияет, и очень часто это зависит от личности министра. Если он человек не военный и не авторитетный, то он идет на поводу у начальника Генштаба. Сейчас министр обороны — бывший военный, он достаточно доминантная фигура. Так что у начальника Генштаба есть свои четкие полномочия, но и министр обороны будет вмешиваться.

Конечно же, глава правительства тоже принимает участие в принятии важных решений. Ему разъясняют ситуацию, он утверждает те или иные решения. Он человек опытный, тоже имеющий отношение к военному делу. У него очень богатый опыт принятия решений, поэтому он в данном случае не чувствует себя чужаком. В этом смысле тоже ничего не изменилось.

Что касается сектора Газа, его статус формально остается прежним и, я думаю, таким и останется».